Рисунок Эдуарда Кулиша. Уходящая неделя стала очередным примером того, как стремление коллективного Запада сохранить уходящую гегемонию разбивается о холодный прагматизм реальной политики. На передний план вышли переговоры Дональда Трампа и Си Цзиньпина, результат которых оказался скромнее антуража. Вашингтон и Брюссель, пытаясь душить российскую экономику «адскими санкциями», лишь усложняют жизнь своим азиатским партнёрам. На этом фоне очередная паломническая поездка Владимира Зеленского в США завершилась ничем, а Москва чётко обозначила: истерика европейских столиц не способна скрыть ни стратегическую пустоту киевских «мирных» предложений, ни лживость европейских воплей о «российской угрозе». Форма и содержание Главное событие недели - государственный визит председателя КНР в США, продлившийся с 23 по 25 сентября. Первый с 2015 года визит на таком дипломатическом уровне. Трамп принимал по-королевски: 23 сентября лично встретил гостя у трапа самолёта на объединённой базе Эндрюс - такого американские президенты не делали уже 60 лет; показал новую вертолётную площадку на Южной лужайке Белого дома и президентский вертолёт Marine One; устроил государственный обед, на который собрались Тим Кук, Джефф Безос, Сундар Пичаи, Сэм Альтман, Илон Маск и Дженсен Хуанг. В меню подали игристое вино Schramsberg Blanc De Noir - то самое, что подавали на ужине Чжоу Эньлая и Ричарда Никсона в 1972 году. Красиво. Но если убрать церемониал, содержательный итог скромен. Стороны продлили торговое перемирие - окончание отодвинуто с 10 ноября до 10 января 2027 года (перенос оформили ещё до переговоров 23 сентября министр финансов США Скотт Бессент и вице-премьер Госсовета КНР Хэ Лифэн), договорились о двустороннем канале уведомлений по рискам искусственного интеллекта и подтвердили намерение поддерживать контакты по безопасности. Всё остальное - Тайвань, экспортный контроль, редкоземельные металлы, судьба замороженного 14-миллиардного пакета вооружений для острова, который Трамп называет «хорошим козырем», - осталось на месте. По сути, саммит закрепил негласное соглашение ничего не менять до промежуточных выборов в Конгресс 3 ноября, а дальше - уже до встречи на G20 в Майами в декабре. Именно это больше всего раздражает критиков. Бывший американский дипломат, работавший при администрации Обамы, Дэнни Рассел сформулировал предельно едко: «Пышность и протокол не обеспечивают успех. Панды - это мило, но Америке нужны редкоземельные элементы». Сама закрытая дискуссия, по его подсчёту, уложилась в 90 минут. Британская The Guardian озаглавила свой аналитический разбор вопросом: «Дипломатия или дипломатическое сдерживание?», подчёркивая, что за традиционными рукопожатиями и ужинами скрывается жёсткое противостояние, где Вашингтон не имеет рычагов для принуждения Пекина. Forbes Russia был не менее критичен, опуб­ликовав материал под заголовком «Торжества на фоне недоверия», отмечая, что ни одна из сторон не верит в долгосрочные обязательства другой. Накануне визита «Жэньминь жибао» опубликовала установочную статью под псевдонимом Чжун Шэн («колокольный звон») - «Продвигаться навстречу друг другу, следовать пути правильного сосуществования великих держав». Деловой еженедельник Caixin и вовсе счёл вашингтонскую встречу «разворотом Китая на Запад» и возвращением отношений «к стабильному, позитивному и умеренно конкурентному курсу». Считать ли всё это «победой китайской дипломатии»? И да, и нет. Пекин действительно не пошёл на односторонние уступки и добился продления перемирия, но не получил ничего из главного - ни подвижек по Тайваню, ни ослабления экспортного контроля. Скорее, перед нами обоюдная передышка под выборами в Конгресс США, которые могут изменить многое, но всё ещё могут ничего не изменить. «Ловушку Фукидида можно преодолеть», заметил председатель КНР Си Цзиньпин (в современной политологии под «ловушкой Фукидида» понимают устойчивый шаблон: когда восходящая держава догоняет доминирующую, страх усиления соперника подталкивает догоняемого к войне). Кому обещан нефтяной «ад» Нефтяной фон недели напряжён. Brent держится около ста долларов за баррель из-за ближневосточного обострения, и в этих условиях привычная экспортная логистика переворачивается: стоимость российской Urals, по оценке аналитиков, уже обгоняет Brent, а ценовой потолок в 44,10 доллара, введённый ЕС и Британией, на таком рынке фактически перестал работать. Китайские НПЗ скупают российскую ESPO с премией к Brent более чем в 20 долларов за баррель. Именно на этом фоне по-настоящему «адским» для мировой торговли обещает стать закон, подписанный Трампом ещё 18 сентября, - Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026. Ключевая норма: президент США получает право вводить пошлины до 100% на товары из пяти стран - крупнейших покупателей российских нефти и газа (а также на тех, кто помогает Москве обходить ограничения). Адресность очевидна: по данным американской прессы, в августе на Китай пришлась половина всего российского нефтяного экспорта, на Индию - 37%. То есть, «адские санкции» заточены не столько под саму Россию, сколько под двух её главных клиентов. Примечательно, что обе стороны это прекрасно понимают. Индия ещё в сентябре наращивала закупки российской нефти на фоне подорожания и прямо заявляла, что будет «отстаивать энергетичес­кую безопасность для своего 1,4-миллиардного народа». А в Вашингтоне, как отмечают аналитики, не стали применять «адский» закон против Китая - понятно почему: тарифная война с Пекином сейчас была бы выстрелом в ногу - ударом по собственным рынкам и по рейтингу Трампа накануне выборов, позиции республиканцев на которых и без того не блестящи. Общий фон недели дополнило выступление Владимира Путина на XII Санкт-Петербургском международном форуме объединённых культур. Президент напомнил, что именно украинская сторона прервала мирный процесс ещё в Стамбуле; что за пару недель до выборов Киев изъявил желание возобновить контакты, и Россия была к этому готова, - но в ночь на 20 сентября последовала массированная атака на Москву с ударами по избирательным участкам. Предложения о перемирии, по словам Путина, «остаются на столе», однако Россия ещё как следует подумает, как на них ответить, исходя из своих государственных интересов. Он же объяснил природу европейской истерии вокруг мнимой «российской угрозы»: «Для того чтобы вкладывать и дальше деньги в это абсолютно агрессивное поведение и объяснить своим гражданам, почему они это делают, они пытаются обмануть тезисом о том, что Россия сама якобы собирается на кого-то нападать. Это полный бред». И добавил, что ответные удары российских Вооружённых Сил стали настолько чувствительными для противника, что «сейчас они опять активно поднимают вопрос о перемирии по нескольким направлениям». А России не нужны ни громкие пропагандистские «сделки», ни участие в чужой истерии.